krotoffa (krotoffa) wrote,
krotoffa
krotoffa

Это при советской власти рукописи не горели. Теперь горят

Оригинал взят у serafimich в Разруха в головах...
Оригинал взят у sokolov9686 в Разруха в головах...
"Не разрушайте открыто, как делалось в 30-х годах, памятников старины. Но ничего и не восстанавливайте. Пройдут годы, и памятники архитектуры, один за другим сами постепенно разрушатся. А хулиганы и «любители старины» остатки растащат по кирпичику. Делайте вид, что не замечаете этого, будучи занятыми решением больших народно-хозяйственных проблем. Вслед за Днепрогэсом придумайте им каскады электростанций на Волге и других великих реках. Электростанции погубят реки, а погибшие реки сделают бесполезными сооружения электростанций".


й

Оригинал взят у amfora в Горим
Москва. Библиотека ИНИОН. 13,5 млн. единиц хранения, из них 10 млн. были в сгоревшем здании. Четвертая по размеру фондов библиотека в России. Лучшая библиотека Европы по общественным наукам. Была. Ключевое слово - была.

Потери от пожара оцениваются в 15% от фонда, это около 1.5 млн. единиц хранения. Оцифрована была лишь малая часть. Наряду с периодикой и современными изданиями, которые могут быть восстановлены, в фондах хранились уникальные рукописи в единственном экземпляре.

Вы вдумайтесь в это!

1.5 миллиона сгоревших книг и рукописей!

Сколько из них потеряно безвозвратно? Десять тысяч? Сто?

Пусть даже безвозвратно потеряна тысяча. Это тысяча чьих-то жизней - жизней, потраченных на то, чтобы написать, сохранить и донести до нас какие-то мысли, идеи, фрагменты истории - через десятки, а может быть даже через сотни лет.

Нам говорят о фальсификации истории - так вот она, история - 1.5 миллиона историй одномоментно сгорело в центре Москвы.

Не под обстрелами в Донецке, не под бомбежками в Сталинграде, не в блокадном Ленинграде - в мирное время в центре Москвы.



Александрийская библиотека сгорела по время войны - это была трагедия.
Библиотека ИНИОН сгорела в мирное время - это позор.


Почему сгорела библиотека? Теракт? Диверсия? Нет! Замыкание проводки. Или петарда - пока не разобрались. А выгорела библиотека потому, что поздно вызвали пожарных. А поздно вызвали потому, что никого не было в помещениях - никого! В огромной, одной из крупнейших библиотек России и Европы не было никого! Ни охранника, ни дежурного, ни вахтера - никого!

В сотнях бизнес-центров кто-то дежурит, на складах сторожа, на сотнях платных парковок круглосуточно присутствует персонал, работают сотни круглосуточных магазинов, не говоря уже об аптеках и барах. А в одной из крупнейших библиотек страны с уникальным фондом, имеющим мировое значение, не было никого.

Это культ. Культ богатства и успешности.

А библиотека просто не входит в этот культ. Как и наука. И образование тоже не входит.

Наука и образование просто не совместимы с позерством. Особенно с пустым, за которым нет ни дел, ни знаний. Поэтому наука и образование сегодня не нужны. Они только мешают занимать величественные позы, пускать пыль в глаза и говорить красивые слова, за которыми нет никаких реальных дел.

И поэтому ученые уезжают, а институты сортируются по разным формальным критериям и потом сокращаются, а библиотеки - библиотеки теперь горят.

И этот культ успешности, это позерство, бахвальство - оно не только у властной верхушки, оно распространилось по всей стране.

А ведь там сгорело больше миллиона книг!

За каждой - часть чьей-то жизни, порой очень большая часть, иногда целая жизнь. Сгорели тысячи, десятки тысяч жизней. Многие - безвозвратно.

Или вы хотите сказать, что авторов уже нет в живых, что им все равно?

Авторам может быть и все равно. Нам должно быть не все равно.

Не книги там сгорели - мы там сгорели. Сгорела часть нашей истории, часть нашего прошлого, а вместе с ней - часть настоящего и будущего.

Пока эти книги были с нами, с нами были их авторы, их истории, их мысли. Пока были живы книги - были живы те, кто их писал. Они были в строю - в нашем строю. Теперь их нет.

Все, миллион маленьких книжных трупов. И тысячи чьих-то жизней, умноженных на ноль.

Сгоревшая библиотека - это знак. И это очень плохой знак.

И никакой мистики в этом знаке нет. Это плохой знак потому, что он показывает отношение. Отношение власти и общества к науке и образованию, искусству и культуре. Когда круглые сутки работают сотни магазинов, баров, борделей, когда десятки и сотни тысяч москвичей проводят время в клубах до самого утра, но при этом ни одного сотрудника не оказывается вечером в крупнейшей библиотеке - это показатель отношения. Когда миллиарды тратятся на показуху, на кич, на всевозможный дорогостоящий хлам, а в крупнейших библиотеках нет сигнализации - это показатель.

Когда миллионы сидят в барах, клубах или просто у телевизоров и никто в это время не стоит у сканера на оцифровке уникальных книг - это показатель.

И если сегодня мы не задумаемся над этим, не увидим этот знак, то завтра на самом деле будут гореть дивизии РВСН, авианосцы и целые города, будет гореть вся Россия, все мы. В прямом или в переносном смысле, но будет именно так.

Кто-то говорил, что рукописи не горят.

Горят. Теперь горят. Это раньше они не горели, во времена Булгакова, при советской власти. Теперь - горят.

Это при советской власти понедельник начинался в субботу и жизнь в институтах не прекращалась ни на один вечер - магазины не работали по вечерам, а в институтах горел свет. Сейчас - наоборот. Сейчас суббота начинается в понедельник, а в пятницу вечером в институтах горит только тот свет, который забывают выключить перед уходом в клуб.

Библиотека ИНИОН была основана в 1918 году, через год после революции, накануне гражданской войны.

Тогда советской власти было дело до книг. В стране была разруха, а они открывали библиотеки. Такая была власть. Сегодня, в современной России - все наоборот.

Библиотека ИНИОН пережила Вторую мировую и тогда в нее не попал ни один случайный снаряд. Спустя много лет, в мирное время, когда нам говорят о развитии, инновациях, технологиях - в библиотеку попала петарда, замкнуло проводку, сигнализация не сработала, никого не оказалось на месте и...

И это произошло не в 1991, не в 1993 и не в 1998 году, когда месяцами не платили зарплаты и халатность можно было хоть чем-то объяснить. Это произошло в 2015 году, когда нам говорят про стабильность и развитие страны.

Не может такая библиотека сгореть от замыкания или от петарды. Такая библиотека горит от отношения к ней.

Эти рукописи загорелись потому, что не могли больше мириться с тем, что происходит в нашем обществе, в нашей стране. Они не могли больше мириться с тем отношением к науке и образованию, к библиотекам, к истории, к культуре, к самому русскому народу. Просто они не могли больше ничем привлечь к себе внимание - только сгореть.

Этим пожаром рукописи сказали нам последнее слово, которое только могли сказать.

Мы не читали их, пока они лежали на полках. Но может быть мы хоть теперь прочтем одно, самое последнее слово, которое они смогли нам сказать. Одно общее слово, которое они сказали на всех... нет, даже не сказали - прокричали нам - прокричали ценой своей жизни, ценой судеб тысяч, десятков, сотен тысяч своих авторов, от которых больше ничего, совсем ничего не осталось - ничего кроме этого единственного слова.

И это слово - не только и не столько про них. Это слово про нас. Про страну. Просто мы этого не видим, не замечаем, не хотим замечать.

Так же, как не заметили вовремя пожар в библиотеке. Не заметили сразу. Не заметили в нужный момент из-за отсутствия сигнализации, которая была продана, сломана, сэкономлена ради клубов, борделей, церемоний и олимпиад.

А когда дым показался над зданием и пожар стал очевиден всем - было уже слишком трудно тушить. Трудно, а для полутора миллионов уже поздно.

Вот чтобы не оказалось так же поздно для всей России, для ее миллионов - для этого мы должны услышать и понять это слово сейчас. Тем более, что это слово нам уже кричали не раз - кричали в Одессе, кричали в Донецке.

Нам это слово прокричали ценой своей жизни 48 одесситов, тысячи дончан, а теперь, точно так же, ценой своей жизни - полтора миллиона книг.

И все они, умирая, кричали нам всего одно слово... ГОРИМ...


Оригинал взят у
Tags: Россия, СССР
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments